На каком-то химическом уровне живет во мне любовь к творчеству скандинавов, и даже если случается осечка с содержанием, то их мироощущение всегда спешит на помощь. Так что, я даже не стала читать аннотацию «yтонувших», а просто скачала и отложила, решив, что пущу в расход книгу с таким многообещающим названием во время очередного приступа меланхолии, потому что нет ничего лучше скандинавов во время тоски, когда они шепчут на ухо, что мы все барахтаемся в бочке фекалий жизни и у всех будет один конец, а ты лежишь/сидишь довольный, что наконец-то хоть кто-то говорит правду.
«Мы, утонувшие» — это целое столетие жизни небольшого датского приморского городка Марсталя, от его рассвета, как столицы моряков, до заката, от австро-прусско-датской войны до второй мировой. Семейная сага, рассказывающая о трех поколениях отношений с морем и с городом. Жители Марсталя начинают рассказ с чудака Лауриса, который успел и войну начать, и с горящего корабля в рай попасть, и семью бросить, оставив своему младшему сыну Альберту (второму герою) незакрытый гештальт отцовского присутствия. Потом рассказывают историю Альберта, которому сначала приходится разобраться с темой отца в своей жизни, потом стать уважаемым моряком и горожанином, и пережить максимально неловкие отношения с женщиной на старости лет. И третий герой — Кнуд Эрик, чья мать из-за детской травмы решает убрать море из жизни марстальцев и сына из своей жизни, но благие и не очень намерения известно чем заканчиваются.
«Мы, утонувшие», безусловно, очень скандинавский роман. Для многих, наверно, будет неожиданно начать читать про приключения чудака, которыми автор сразу настраивает на задорный лад, а уже на двадцатой странице получить внутренности в лицо. Дальше будут и детишки, скидывающие собаку с обрыва, и руки, отрывающиеся от обожженных тел, описанные знаменитым скандинавским тоном, как будто перечисляют список покупок. Это большой объемный роман об отношениях со смертью, как понимают только скандинавы — смерть остается смертью, благородная ли она в штормовых глубинах, нелепая и смешная в замерзшем болоте, страшная ли на войне. Смерть была, есть и будет всегда. По традициям скандинавских саг есть даже доля сказочного иррационального, что захватывает героев. «Мы, утонувшие» — огромное признание любви к морю и морскому делу.
Конечно, Йенсен местами не смог избежать сентиментальности, но даже она не перебивает это скандинавское ощущение на протяжении всей тысячи страниц, что вот-вот произойдет что-то, от чего внутри все сжимается и в то же время ждет, и оно действительно происходит — бесконечный круг расцвета и упадка, штиля и шторма, жизни и смерти.